Чёрный Виктор Алексеевич

Транскрипт

 #00:00:00-0# И.: Расскажите, пожалуйста, про свою жизнь. Вот.
 #00:00:19-5# Ч.В.: Ну жизнь тяжелая была, родителей не было. Вот. В сорок первом году расстреляли отца. Маци не было. Отца расстреляли немцы. Вот А мы жили втроем, вот мы, вот мы на фотографии на этой втроем  [показывает на фотографию сверху на стене]...
 #00:01:15-6# И тут война вот. В 42-м году расстреляли отца немцы, вот. Мы осталися одни дети. Вот. Ну потом, значыць. Это самое мяне дома не было. Ну, знаете, уже евреев, уже, значыць, это самое. Ну как сказать, уже ганенне пашло. Вот. Мяне и дома не было. А это самое приходят... Вот сказали, что "Мы -- беженцы с Смоленска вот и вот нас обокрали". Они у чём пришли, у тем... больше ничего не было. Ничего больше не было. Ну я прихожу, я на работе был. Уже ж я землю пахау, тады ж немцы уже зямлю уже значыць. Так же ж колхозы были. Тольки агарод, а патом 6 гектарау нам дали зямли во время войны як сиротам. По десять люди брали, по восемь. Ну нам не надо. Нам и шесть много было. Вот. А яны прышли и это самое и гавораць: "Мы у вас поживем". Ну сестра гаворыць: "Жывице". Что яна (?) [скажет]. 
 #00:02:42-9# Девочка была маленькая у их. У яе. Яны удваем. Девочка, а два мальчыки вот у Барысаве расстраляли. Вот. Яны в лесу там скрывались. Я потом потом значыць  [узнал]. "Идите, люди ёсць". Им сказали, что: "Идите! Свет не без добрых людей". Ну я прахажу, значыць, эта самае. Сястра гаворыць, эта старшая сястра.  [показывает на фото над ним]. Гаворыць: "У нас гость". Ну будем жить. Вот что. Мы сироты, яна усё-тки, яна, наверно, можэ с 9-го года старуха эта была. А девочка была маленькая, так эта самае она языка нашага не знала. Вот.
 #00:03:30-2# И вот было сказано, чтоб она молчала даже вроде это самое, молчала, никакого разговора не имела однажды. По-своему ж она немного знала. Ей може было года чатыры, можэ болей. Ну я уже не помню. Но она, правда, гуляла уже як обычно дети гуляют. Вот гуляла. И моя шчэ сестра эта только два классы кончыла. Во гэта  во [показывает на фото над ним]. Во гэта во только два классы кончыла и война. Аны малыя были, ну разом и гуляли.
 #00:04:11-1#  Во что. Вот оно вот так мы и дожили до освобождення. Она сразу тады пашла у Барысау. Як тольки салдаты ужо нашыя шли ужо вот это самое уже сломали яму горло этому немцу. Уже яны немцы уже утекали. Под самолеты агледзили у лясу там и их разбили там эта немцау, там машины валялися. Ну они уже утекали. 
 #00:05:00-5# Там дома у их не было, дом ихный сожгли вот во время бомбежки. Они бомбили. Но где-то они... Я помню, ну давно ж это было, что, значыць, такая была адна комнатка-квартира у их была. Адна комнатка. Никому с дзярэуни яны не отказывали. И на полу если там ночуешь, на полу это самое спали. Ужо, значыць, спасли ж людей. Они уже никому не отказывали. А это самое, меншая сестра долго жила у их. Тады ана в Барысаве работала. Долго жыла у их. Вот, нескольки лет даже, пока ей дали квартиру...
 #00:08:38-5# Дожили до Большой Победы. Потом, значит, ихные дети поехали. Девочка эта маленькая уже  вышла замуж, поехали в Израиль. Уехали, ну их там приняли вот. А потом, яно это самое не хотела старуха это ехать туды. А яны, дети: "Вы нам нада, -- гавараць, там с Израилю. -- Вы нам нада". Потому что у их уже дети пошли. Значыць, нада няньки. Вот поехали они туда в Израиль. Вот. Она говорить: "А дзе ты, а адкуль Вы? А дзе что?" А яна гаворыць: "А мы вот с Беларуси. Беларусь оккупирована была".
 #00:09:31-2# Вот. Ну, оккупирована. Была оккупирована, начали рассказывать. Потом, значыць, як это было начали рассказывать ани там. Ага, подтвержденне вот. Потом я в калхозе робил, у калхозе, а моя сестра, гэта старшая сястра [показывает на фото на стене]. Там у Барысаве ж ани гэтая меншыя ужэ... Мне звониць, что, говорит, приезжай. Мяне Виктар звать. "Витя, ну, Витя, приезжай у музей, нас будут награждать".  [пожимает плечами] А хто, а што? Она спрашивает (?) вот: "Что мы спасали евреев, будут награждать".
 #00:10:30-6# Ну я у выхадны день... Это паручыли горисполкому, горисполкому и это самое и как его... отделу культуры. Ага, а там знакомый еврей был в отделе культуры. Вот. Ну я пока... Это ж далеко, 40 километрау до Барысава, мене уже ждали там. Тут еще одна дочка ихная асталася было. Ну ждали. Вот. Ну нам сказали там: "Будуць Вам давать помощ. Небольшая, -- говораць, -- помощ, будут давать". Ну ожидаем этого, сообщение пришло, что, значит, пришли доллары там.  Не помню я, немного так, але прышли. Ну я... Ажыдаюць мяне з Барысава, эта вот у дзярэуне ажыдаюць, што я, якия вести я принес.
 #00:11:38-7# Я гавару: так и так, вот что вот будет помощ. С Амерыки будеть помощ. Ну вот и это самое так и получал я. Это самое с отдела культуры говорит: "Ну помощ небольшая -- 35 ци што долларов". И тоже это самое во што. У дзярэуне в то время тяжело, натурально нет... Две копейки на трудодень у канцэ года. Ну это коробка спичек вот в колхозе получали…
 #00:20:09-2# И их спасли, хорошо. У их там уже пошли внуки, правнуки пошли. Ну, два разы, в Израиле я быу два разы. Это самое. Первый раз так только виза была бесплатная, а так усе платно. А другой раз нас же много человек ездило. Принимал этот самый прэзидент  [Шимон Перес]. Там интересно: ахраны нема. Чудеса. Сказали, что он приедет в 11 часов... Ну мы раньше приехали, по саду пошли гулять. А потом, значит, уже ну ён ужэ должен приехать в 11 часов. Приезджаеть, глядим мы, значыць, это самое... Нам сказали на пярэдния скамейки садится.
 #00:21:00-5# Сталбы раз униз, это як ён едеть. Один милиционер. Ага. А потом, значыць, там открываются двери, гэтыя сталбы кверху. Гэтыя униз вот так вот.  [показывает] И ён вот сказау, чтоб праведники на пярэднюю... провожающие ж были. Я и с сыном ездил. Рядом с сыном. Ну падходить, спрашиваець вот откуда хто, откуда. Ну я, значыць: "Виктор Черный, Минск". Значки приколол это. Что. Во что, вот так что вот. 
 #00:21:51-3# А первый раз мы с дочкой ездили. Так усё было [платно], только виза бесплатно. За свои деньги ездили. Усё (?) летали. Во что. А ужо сына гэтага, самы меншы сын, дык ужо и са мной зъездил бесплатно...
 #00:43:55-2# А там у лесу тожэ у их была землянка. У лесу, далеко от нас. И там от другой дзярэуни. Но а лясник як там быу, так ён и астауся. И ён знау и ён падвеу немцау, а там яурэи были, и русские это самое. Показау. Пост стаяу  [показывает] кала дзярэуни…  [поправляется] кала дароги. А ён сказау, лясник прадау. Ани зайшли с лесу и там адзин уцек, аж на Палик  [озеро за 30 км от Борисова] уцек. Пачуу ужо, што тут ужо страляюць ужо там там.
 #00:44:44-1# Этыя выскачыли, их расстрэливали. А там жэншчына адна, яна балела и эта самае, яна вот ци гранату кинула у их ци што. Вот.  А гэты и на Палик... Руку яму там ранило руку и ён ажно на Палик уцек это самое к партизанам. Вот лесом. Во что, вот так было.
 #00:45:13-2# Я ужо ну добра и не знаю, вот в обшчэм уцек ён там это. А гэтат... Там жэншчына, дак яна эта самае балела. Ну раньше ж вот болела это, лячыцца дзе? Но хадзили, к немцам тоже ходили вот это самое мы. Вот як это самое... Дак яны эта салдаты другие ничога. И вот и дадуць и это самое што... И хлеба дадуць…    
 
  Ч. 2
 #00:30:17-2# И.: Вот Вы в какой момент поняли, что эти беженцы, которые к вам пришли, это евреи? Насколько быстро?
 #00:30:31-1# Ч.В.: Прышли яны позней осенню. Дело было так. Яны, знаете… 
 #00:30:36-0# И.: Какой год это был? 
 #00:30:36-0# Ч.В.: А?
 #00:30:39-1# И.: Какой год это был?
 #00:30:39-1# Ч.В.: Сорак первый. Сорак...
 #00:30:44-2# И.: Отец, уже его расстреляли?
 #00:30:44-2# Ч.В.: Отца не было ужо. Не было, вот. Яны вот это самое доуга у Барысаве, эта у лесу сядзели. Там вот яе сестра старшая вышла за русскага замуж, дзярэуня Брусы 5 километрау ад Барысава. Замуж. И вот яны у гэтай эта сястры были, а потом, значыць, это самое. Ну на ночь приходили други раз на ночь это самое. И два мальчыка там расстраляли, яе два сына. Мальчыки. Я ня видзеу ни разу, але мне сестра старшая гаварыла, что, кажэць, яна выйдет и так на дворы плачет. А так ну виду ж не подавала. 
 #00:31:32-3#  Такая плачет. Ну по дитях. Два мальчики расстреляли. А девочка эта сама меньшая была, ей годика... (???) Ну по-еврейски кое-что ж умела.  Но яна ей приказала, чтоб не это самое,  не разговаривала, молчала. Вроде как вот, чтоб даже звуку не было, не давала. А яна счыталася как беженка. Смоленская. А со Смоленска был эты самы там один полицай, ци народник ци што. 
 #00:32:20-1# Но он работал на наших, работал, на наших работал. И хто-то доказал, что яна еврейка. Вызываець бургомистр. Яе бургомистр вызываець. А гэта у эту саму у воласць.  А гэтага бургомистра жана была и с мальчыкам, и с мальчыкам. Вот. Яе мальчык, ён яе брау, значыць, у партизанах быу...
 #00:42:19-7# И.: А скажите, а вот Мария рассказывала про то, что было в Борисовском гетто, что они пережили? Они Вам делились воспоминаниями?
 #00:42:26-3# Ч.В.: Так яна у Барысаве не была в гетто. Яна сразу тады у дзярэуню, дзе эта 5 километрау ад Барысава яе сястра была замужам за русским. Вот тут во. И яна у лясу, там лес, кладбища, ельник. Дак и вот познэй осенню и там это самое. Во что. 
 #00:42:57-1# И.: Так, а получается гетто еще только создавалось, а ее мужа и детей уже вот расстреляли?
 #00:43:02-4# Ч.В.: Как-как?
 #00:43:02-4# И.: А ее сыновей и мужа сразу же расстреляли так получается?
 #00:43:05-5# Ч.В.: Мужа у яе не было. Мужа Вы спросили?
 #00:43:10-1# И.: И мужа и детей, вот когда их расстреляли?
 #00:43:12-7# Ч.В.: Не, ее мужа не расстреляли. Яе мужа НКВД схватило, НКВД схватило. Яна была удава. Ужэ трое дзяцей. Два мальчика и это самое девочка, самая меньшая девочка, самая меньшая девочка. А мальчики ужо были яны, можа у школу хадзили. Ну я ужэ эта ж было  так давным давно. Не помню. Во что, ну вот так.
 #00:43:37-7# И.: Просто как получилось вот мальчиков расстреляли?
 #00:43:40-4# Ч.В.: Прыходзюць... А было так, у то врэмя было так: если русский мужык, не стрэляюць. А яны якраз это самое прыходзяць... А 5 километрау гэта дзярэуня ад Барысава и этат самы: "Жыды ёсць?" Вот так. А ён: "Вот о на печы". Вывели их на улицу и расстраляли. А если б сказау, что отец -- русский, не расстреливали. Ну вот так вот.  Так яна...
 #00:44:20-0# Это мне сестра рассказывала, я-то не замечал (?). Кажэць: выйдеть и так плачэць. Конечно, так...
 #00:44:28-4# И.: И она после этого пошла тогда из этой деревни?
 #00:44:28-4# Ч.В.: Ну тады, значыць, што. Яны начыма (?) уцякли. Значыць, кацялок и ведро. И на чым адзеты, у тым, значыць, вот и пашла. "Мы беженцы со Смоленска". "Как беженцы со Смоленска?" "Нас абакрали", -- говораць во так. Яны там у адных пажыли, немнога в адных. Видзят, что не паласа. Что, всё-таки разговор. Ага. Тады к старасту, к другим прышли. К сястрэ ён эты стараста. И тая выгнала. А патом ужо прышли к нам и эта сястра мая старшая  [показывает на фото на стене]...
 #00:45:21-4# Ну мяне и дома не было. Гаворыць: "У нас гости". Не, яна эта: "Мы у вас поживем?" Так на канцэ на  самом жыли. А яна гаварыць: "Тётя Маня, жывице..." [отвлекается на кота] Антошка!... "Жывице сколько надо". Одно, что мы малые дети. Я чатыры класы кончыу, ну эта скольки мне было? Гадоу двенадцать? Ну, да. Гадоу... Я хацеу вучыцца. Хацеу вучыцца. Вот. Ну. Война помешала. Але и так пражыли мы добра. Я вот неграмотный, чатыры класы тольки. На счаты счытаць не  [умею?]... А потом вот получалася харашо. Получалася.
 #00:46:13-1# И.: А скажите а вот не было страшно или было  [всё-таки] спрятать евреев? За это же могли расстрелять всех.
 #00:46:26-0# Ч.В.: Ай-яй-яй. Я у доме не начавау, я сделау у сенавале, сделау эта самое. Ну так сделау что сабе гнездо. Вот. Не начавау вот. А яна старуха яна эта вот как будто сделалася глухой, как будто она глухая. Тогда начали ужо прыносить ей вязать. Вязать свитера, носки,  перчатки. Вот это самое. Ну, варужки вот. Дак уже люди приносили есци. То ужо ей... Ну и так беженка, беженка, смоленска беженка. Вот. Под видом смоленской.
 #00:47:28-7# Тады спрашывала та, каторая за русскага выхадзила там 5 километрау: "Тётя Маня, ци это самое добра Вам там было жить?" Я вот не могу сдержать... Вот. Говорыт: "Добра было, добра было, у цёплам". На печы упяцёх спали, мы утраёх асталися дзеци малыя. Эта сястра [показывает на фото]  саусем же яна  [маленькая], два класы кончыла и вайна... "Добра", -- кажа ей было. У цяпле, уютна, благадарны. 
 #00:48:06-9# Тады гэта када яна ужо у Барысау сразу як пайшли дак вот. Многа каму разные шмотки там эта самае. Многа. Ну я у армию пашол. Тады ужо як асвабадзили сразу ж забрали у армию. Дзе-та Роща смерти завязли нас. Ну, а там... А я уже балеу жалудкам. А там, значыт, сяледка, сяледка. Сялёдка, суп, сялёдка и это самое и это... Ну, Роща Орш..., как это, там за Оршай ци што. Возера там ёсць, там лес (???)  [махает рукой] спавита эта усё.
 #00:48:59-2# Ну мяне адпустили на год. Ну вот так. Так что ага. Так ужо я захадзил аднажды к им к этам людям, дак яна эта ужо русская, значыць, гаворыць: "Я спрашывала у тёти Мани як эта самае ци добра. "Добра жа была, у цяпле, вот и яны, -- кажуць, -- людзи харошыя". Ну мы малыя были, дзеци ж малыя были эта вот.  Яна усё-тки старуха. Не старуха [поправляется] яшчэ (?) ей лет сорак можэ было. Может и лет сорок было. 
 #00:49:49-8# И.: А были моменты, вот когда на границе того, что Вас раскрыли бы немцы? Было такое?
 #00:49:54-4# Ч.В.: Ну так раскрыли... Так вот послушайте, так я ж казау. Бургомистр гэты: "Ты -- жыдоука" -- гаворыць, вызвау яе. А яна, яна вот так вот  [подымается] гаворыць: " А што? А што Вы (ци Вы ци ты?) мяне увидзеу? Вот у мяне вон"... Яна пазнакомилася са Смаленска с адным народникам, каторы работал на нас. Ну он спрасил: "А дзе Вы там жыли у Смаленске, дзе?" "Ай, на станцыи, там тры домики, там вот". А яна там и не была ни разу.  [смеется]
 #00:50:35-8# Усё вот яно, я не знаю как. На чом едзеш? На масци (?) ци на шчасци. Ёсць такая вот пасловица. Вот. Шчасце: вот нада жыць, вот нада жыць. Якраз папала вот к нам,  что мы дети малые. Вот, вот. Ну и пражыли, и выжыли. Нема и ужо эта самае як яны паехали... Дети их: "Прыязджайте". Сначала дети паехали, унуки паехали. Я свадьбу гуляу у их на старшую дочку...
 #00:51:11-7# И.: Когда поехали, в 70-е годы? 
 #00:51:14-8# Ч.В.: А я не помню я, не помню. Даунавата паехали, дети паехали. Вот. Ну дзятей эта самае вот. А тады их вызвали, што у их уже внуки, паявились там внуки всё. "Дак Вы нам нада, -- гавораць ужо. -- Вы нам нада". Вот, ага. Ну паехали. "А дзе Вы были?" Ну я уже гаварыу, вот у эта самае. Там и там были, там, и там. И им дали данные. Дак вот это ну яны падтвердили. Что это самое вот мы были у таго и таго. Ну и патом, значыць, ужо эта кагда ну як расказаць. Там ужо вышла такое, што памагаць им. Што их званни.
 #00:52:14-3# На дествительно... действительности доказать, что точна это вот там и там были. Так не адны ж мы. Кагда награждали, дак там нескальки, кагда эта уручали нам эта самае. Дакументы гэтыя. Вот, у музеи у Барысаве, вот там  жэ ж эта самае. Вот. И там ужо асталася тольки адна... Яны ужо паехали. Адна ихная эта самае дочка асталася, старшая дочка асталася. И яе пазвали. Эта аддзелу культуры, вот Бляхер там. Ён... Мая сястра  [показывает на фото на стене] гэта жанила сына, дак ён эта тамадой быу вот.
 #00:53:04-2#  Бляхер, эта ён гор... эта самае у парке работау. И гэту вёу работу. Ну я ешчо зажыгау свечы. Зажыгау када эта вот... Гады чатыры можа таму назад. Вот. Потому что он уже, Бляхер, прыяжджау ка мне, я яго пазвау на дзень раждзення. Ён са сваей гармошкай прыехау. И вот играу там у нас у дзярэуне. Яшчэ брат мой старшы быу жывой. Вот, пасидзели. Тады мы связь... Я же сначала в Барысаве ж быу у этым САПРы (?). Ну у Барысаве я эта як што-небудзь, дак мяне у Барысаве прыглашали.
 #00:53:58-4# И.: А кто приглашал?
 #00:54:04-0# Ч.В.: Ну. Сетэр-Хамед ци што у Барысаве? Тут у нас як ён завецца цяпер? Эта самае, на этам самам на Скураной фабрыцы как яно завецца? 
 #00:54:21-5# И.: Хесэд какой-нибудь?
 #00:54:21-5# И. 2: Еврейская община?
 #00:54:23-8# Ч.В.: Яурэйская абщына. Ну там эты самы как его эта самае старшым сам этай... Он у меня тут был, в Тёплом доме быу. Эта тут убирали всё. Быу. Можа дажа два разы быу. Кузьма. 
 #00:54:48-7# И.: Козак? 
 #00:54:50-4# Ч.В.: А яго Казак фамилия? Ну Кузьма, Кузьма. 
 #00:54:53-2# И.: Кузьма Иванович. 
 #00:54:54-7# Ч.В.: Ён Иванович? 
 #00:54:56-6# И.: Ну, наверно. Я знаю аднаго Кузьму, это который Историческая мастерская. 
 #00:55:02-0# Ч.В.: Да, исторический. Кузьма. Быу у мяне.
 #00:55:04-4# И.: Вот мы с ним связаны,  скажем так. 
 #00:55:07-0# Ч.В.: Ага, ну я там не один раз быу вот. Харашо мяне знаюць.
 #00:55:10-4# И.: На Сухой?
 #00:55:12-2# Ч.В.: На Сухой, на Сухой, да. Мяне знаюць. Вот что. Харошая (???).
 #00:55:24-8# И.: Ну да. А скажите вот еще в войну Вы знали других, кто помагал евреям, или это было исключение?
 #00:55:30-0# Ч.В.:  [отрицательно махает головой] Это что Вы  [смеется], ого. Что, адкуль мы магли знать, что Вы. Так это Барань, это чатыры километры, дзе цяпер манахи, там сельский савет раньше быу, вот эта самае. Цэрква была, тады пры савецкай власти разламали эту цэркву, осквернили. Ага. [махает рукой] Вот, што-та я хацеу сказаць. Дак...
 #00:56:04-0# И.: Про помощь евреям.
 #00:56:04-0# Ч.В.: А?  
 #00:56:05-1# И.: Про помощь евреям, помогал ли кто-то?
 #00:56:06-6# Ч.В.: Ну, эта ж было ваабшчэ, нельзя было гэта от, ого. Каб это разглашэние якое было...
 #00:56:18-0# И.: А почему Вы помогали вот?
 #00:56:19-2# Ч.В.: Ну почему?  [смеется] Не знаю. Не знаю. Вот не знаю. Почему помогали?  Потому что надо было спасать людей. Вот. Надо было.